September 11th, 2013

ведьма

Про мать Руслана Маржанова. Давайте не будем вестись на эмоции.

Сегодня  прочла не один пост возмущённых блоггеров по поводу в от этой новости:
http://gb.ru/archives/13415

Суть: мать Руслана Маржанова желает ознакомиться с результатами экспертиз. В прокуратуре ей отказываются выдать результаты без подписки  о неразглашении. В свою очередь, она такую подписку  давать отказывается, а её адвокат заявила, что ничего секретного в этом деле быть не должно и вся информация должна быть опубликована.

Я понимаю возмущающихся блоггеров.
Конечно, убитая горем мать вызывает сочувствие. И люди, которые посмели ей отказать, кажутся  все такими злобными буратинами, что аж кулаки сжимаются - да как посмели.

А НА САМОМ ДЕЛЕ вот что.

Согласно УПК РФ, следствие обязано ознакомить стороны с материалами дела ПО ОКОНЧАНИИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО  РАССЛЕДОВАНИЯ (т.е. по факту - при передаче дела в суд).

УПК РФ не запрещает следствию  предоставлять потерпевшей стороне материалы для ознакомления раньше. Но, как вы понимаете,  НА УСМОТРЕНИЕ  СЛЕДСТВИЯ.

В данном случае  следователь пошёл навстречу матери и готов ознакомить её с материалами дела раньше. Но считает, что публичное оглашение  результатов экспертизы может какием-то образом навредить следствию. И зная о намерениях потерпевшей стороны вести дело в публичном пространстве - требует подписки  о неразглашениию.

ПОЧЕМУ ЭТО ДЕЛАЕТСЯ?
Да потому, что попав в публичное пространство, материалы становятся доступными для защиты обвиняемого.
А ведь идет этап предварительного расследования - т.е. допросы обвиняемых, допросы свидетелей, сбор основных доказательств. На этом этапе как раз наиболее актуальна фальсификация доказательств. И чем больше информации у обвиняемого и его защиты - тем им удобнее это делать.

Ну вот пример. Утрированный немного, но понятный. Допустим, защита потерпевшего хочет представить дело так, что потерпевший сам упал на нож 7 раз.
Обвиняемый  даёт показания, что потерпевший упал на нож 7 раз, его знакомые  приводят свидетелей, которые говорят, что потерпевший упал на нож 7 раз.
И всех их просят описать, как это было - откуда упал, каким местом. И те говорят: сначала вот так вот спиной, потом вот так вот боком... - все говорят одинаково.

Потом в суде повторяют эти показания, но прокурор достаёт протокол экспертизы и говорит - а вы врёте. Потому что экспертиза говорит совершенно другое. Ну или если особых расхождений нет - суд назначает повторную эспертизу и уже ставит вопрос - могут ли данные повреждения возникнуть в результате  событий, описанных обвиняемым и свидетелями.  И экспертиза выявляет, что обвиняемый и свидетели врут.

Но если у них есть результаты экспертизы еще на этапе дачи показаний - они  находят эксперта, тот их консультирует, каким образом можно упасть на нож 7 раз и получить именно такие ранения. И дальше все дружно дают показания согласно рекомендациям этого эксперта. И суду остаётся признать - да, действительно, у суда нет доказательств, что потерпевший не упал сам 7 раз на нож. Обвиняемый освобождается в зале суда.

Именно поэтому следствие против оглашения данных экспертиз до окончания предварительного расследования.
Возможно, у адвоката потерпевшей стороны есть какие-то свои резоны, чтобы настаивать на обнародовании этих данных. но следствие с этими резонами не согласно, и имеет  на то право.